Вокруг бюджетного дефицита в Молдове традиционно много страха. Но, как отмечает экономист Вячеслав Ионицэ, «мы боимся того, чего не понимаем».
Сам по себе дефицит — нормальный инструмент, особенно в кризис. За последние годы Молдова прошла через пандемию, энергетический и региональный кризисы. В таких условиях заимствования — это не роскошь, а необходимость.
А вот глава Expert-Grup Адриан Лупушор призывает власти держать дефицит бюджета максимум на уровне 1–2% от ВВП, а не 5-6%, как запланировано. Поскольку сейчас в Молдове и так довольно сложная ситуация на фоне роста цен на топливо, неопределенности для инвесторов и нестабильности в регионе.
По данным на февраль 2026 года:
государственный долг Молдовы составил 138 млрд леев — это около 35,9% ВВП;
внешний долг — 82,4 млрд леев (59,7%);
внутренний — 55,6 млрд леев (40,3%).
Для сравнения: во многих странах ЕС долг превышает 60–90% ВВП, а в США — более 100%. То есть уровень Молдовы довольно умеренный, отмечает Ионицэ.
Однако главный риск — не размер долга, а слабость экономики. За 5 лет Молдова пережила три рецессии, а восстановление остается медленным и нестабильным.
Отсюда главный экономический принцип: в кризис государство должно тратить, а не сокращать расходы. Иначе спад только усиливается.
Но очень важно брать в долг оправдано, если ставка ниже инфляции или темпов роста доходов.
«Если сегодня не займешь, завтра заплатишь больше», — отмечает Ионицэ.
Ключевой вопрос не в долге, а в его использовании:
инвестиции создают рост и делают долг управляемым;
потребление увеличивает нагрузку без отдачи.
Молдова — маленькая открытая экономика, где внешняя торговля почти равна ВВП. Это делает страну уязвимой к внешним шокам.
